В 1996 году я уезжал от одной газеты собкором во Францию.
Договорился также с «МК», что буду присылать им репортажи.
Денис Евстигнеев рассказал мне, что фотографии можно пересылать по электронной почте.
— Для этого нужен цифровой фотоаппарат, — сказал он, — Но они такие дорогие.
Тогда, в 1996 году, цифровики были роскошью.
И я поехал без цифровика.

Меня слишком много в печати. Мне это уже самому не нравится. Представляю, как это не нравится другим.

Как хорошо, когда в печати ругают!
Ужасно — когда хвалят. Расслабляешься. Привыкаешь. Начинаешь хотеть произвести благоприятное впечатление.
Нет уж, дудки. Я останусь самим собой.

Сергей Гандлевский получил главный приз премии «Московский счет». Это результат голосования 200 уважаемых мною поэтов.
Выбран одаренный, но вовсе не выдающийся (на мой субъективный взгляд) стихотворец, каких немало. Выбран не критиками, выбран поэтическим цехом.
Одно из двух: либо ошибаются все, либо я.

Женя Чигрин познакомил меня с замечательной поэтессой и переводчицей Кристиной Зейтунян-Белоус.
Я сказал:
— У нас с Вами много общего.
Она прекрасно улыбнулась:
— Что именно?
— Журнал «Сибирские огни» назвал Ваши и мои стихи мерзостью.
Она ответила очень достойно:
— А я переводила стихи Берязева, главного редактора этого журнала. Как-то мне теперь расхотелось это делать.
P.S. Володя, не забывай пословицу: не плюй в колодец…

Настюшка, чья подлая страсть к путешествиям сопоставима только с моей, наконец-то вернулась из Нью-Йорка.
Все это время я занимался только одним делом — переживал за нее. Когда она летела в самолете, не мог ни телевизор смотреть, ни Интернет, телефон отключил.
Слава Богу, прилетела.
Опять можно жить.

«Новый мир» в шестом номере печатает Валерия Прокошина, одного из лучших поэтов нашего поколения.
Хорошо, конечно.
Но где вы раньше были, господа хорошие? Когда Валера живой был? Когда страдал от непризнания в провинциальном Обнинске, когда умирал от рака?
Все себя печатали.

Познакомился с Еленой Зейферт. Молодая красивая девушка. Пишет очень хорошие стихи и репортажи с литературных вечеров.
Недавно узнал, что Лена — доктор филологических наук. Удивительно.

Для того чтобы стать всенародно-любимым поэтом, необязательно быть лучшим поэтом.
С точки зрения версификации, богатства словаря, глубины Клюев на десять голов выше Есенина.
А любят Есенина. Он проще, доступнее. Он действительно всенародно любим.

Я несколько лет знаком с одной замечательно-талантливой и красивой молодой писательницей. Относимся мы друг к другу с большой симпатией. Это видно. Но до сих пор на Вы.
И вот на одной писательской вечеринке мы решили выпить на брудершафт.
Выпили. Поцеловались.
Она говорит:
— Евгений, я так рада, что мы с Вами теперь на ты.

Часто общаюсь с поэтами. Еще чаще — с графоманами. Стало модно говорить, что стихи посылаются свыше, мол, кто-то их за автора надиктовывает. Намекают на Всевышнего.
Начинаешь читать такие стихи — чушь несусветная. Бог тут ни при чем.

Юбилей в ЦДЛ прошел на удивление хорошо. Пришло, по приблизительным подсчетам Тани Тихоновой, более ста человек. Малый зал был переполнен.
Итак, были Владимир Георгиевич Бояринов, Максим Замшев, Сережа Зенкевич, Олег Асиновский, Галя Климова, Сережа Надеев, Женя Чигрин, Кристина Зейтунян-Белоус, Володя Берязев, Юрий Алексеевич Арго, Андрюша Коровин, Андрей Новиков, Диана Камская, Андрей Лапшов, Лилия Цыбизова, Сева Кузнецов, Люба Вершинина с мужем, Ирочка Медведева с Николаем Тюриным, Виктор Евгеньевич Грушко с женой, Виталий Александрович Владимиров с женой, Оля Важенина, Оксана Денискова, Инна Богачинская, Ильдар, Саша Крючкова, Валерий Казаков, Константин Александрович Кедров и Лена Кацюба, Ольга Адрова, Александр Маркович Файн, Дима Цесельчук и Нина Давыдова, Таня Кайсарова, Оля Михеева, Сурен с женой Людой, Серега Арутюнов, Женька Доброва (Свитнева), Женя Лесин, Михаил Бойко, Леша Караковский, Наташа Рубанова, Таня Романова-Настина, Рита, Оксана, Владимир Константинович Солоненко, Сережа Шанаев, Юра Колодний, Лида Плигина, Юрий Юрьевич Перфильев, Петя Образцов, Алиса Паникаровская, Игорь Панин, Анна Лучина, Николай Грицанчук, Андрей Гусев…
Было также много людей, которых я не знаю.
Подарков надарили уйму.
Слов наговорили хороших — не сосчитать.
Я сидел на стуле и ерзал — как-то это все непривычно…
Таня Тихонова вела вечер блестяще. Четко, сконцентрировано, легко.
Выступили Владимир Георгиевич Бояринов, Макс Замшев, Виктор Евгеньевич Грушко, Сева Кузнецов, Валерий Казаков, Константин Александрович Кедров, Виталий Александрович Владимиров, Таня Романова-Настина, Владимир Константинович Солоненко, Сережа Арутюнов, Сергей Шанаев…
Севу Кузнецову я не видел 20 лет. Он раньше работал в журнале «Дружба», давал мне подстрочники — чтобы я переводил болгарских поэтов. Помогал. Замечательный человек.
В. Г. Бояринов вручил мне Медаль имени Чехова, Дима Цесельчук — Диплом Государственного стипендиата «Выдающийся деятель культуры и искусства России».
Все говорили очень хорошо.
Об этом уже написала в ЖЖ Лена Зейферт.
Таня Романова-Настина спела свои прекрасные песни.
Потом все пошли в нижний буфет на фуршет.
Стол бы накрыт неплохой, однако народу оказалось слишком много. Все смели за 5 минут. Хорошо еще, что мы с Андреем взяли с собой чемодан горячительных напитков.
На фуршете успел поговорить со многими. Почему-то опять решал деловые вопросы. Выпил пару рюмок коньяка. Спасибо Тане Виноградовой — она принесла бутерброд. Закусил.
Пили часа три.
Домой меня отвезли Андрей и Диана, разгрузили в Арбатской мастерской подарки.
Смотрели футбол.
Наши выиграли 3:0.
Праздника особенно не чувствовал. Был как на иголках — Настюшка в это время летела из Нью-Йорка в Берлин.
Вообще, юбилей — тяжелая работа юбиляра.

Юбилей-40 я толком не отмечал. Не положено. Но все равно приехали поздравить Валера Мишин, Леся Тышковская, Оля Ильницкая, Фатима Цаголова…
Выпили по рюмке.

Юбилей-35 не помню.

Тридцатилетний юбилей я отмечал дважды. Первый раз в журнале «Столица», где тогда работал директором по рекламе.
А второй раз в Стокгольме, где тоже тогда работал…
В «Столице» собрались Дима Быков, Саша О, Шеннон, Леша Ерохин, Диана Камская, Влад Старчевский и некоторые другие мои тогдашние приятели и коллеги.
Диана, мой самый верный друг, была и на 45-летии.

Юбилей-25 я отмечал в редакции еженедельника «Семья», где тогда работал в отделе литературы и искусства. Были Миша Поздняев (мой начальник), Татьяна Бек, Татьяна Андреевна Латышева, Таня Чернышкова…

В «Литературной газете» (номер от 10 июня 2009 года) Сергей Мнацаканян в очередной раз напечатал мои стихи.
Некоторые из этих стихов написаны в 20 лет, некоторые в 30.
Многим эта подборка понравилась. Спасибо большое моему великому старшему товарищу Сергею Миграновичу Мнацаканяну! Он еще двадцать с лишним лет назад печатал меня в «МК» — я посылал стихи по обычной почте.

Для того чтобы объясниться окружающим тебя людям в любви, необязательно писать стихи. Можно писать прозу, и дневник, и статью…
А для того чтобы объясниться в ненависти, вообще ничего писать, наверное, не надо.
А мы пишем, пишем…

12-13-14 июня — выходные. Три дня подряд. Кошмар. Я не могу долго оставаться один. Хожу из комнаты в комнату, точно в камере.

Один из любимейших фильмов детства — «Неуловимые мстители».
Он создан по повести «Маленькие дьяволята». И буденовец там поет песню про дьяволят.
Один из лучших фильмов о войне — «Офицеры». Главный герой (настоящий герой!) в этой картине — симпатичнейший Иван Варава.
На самом деле Варрава — это разбойник. Пилат предложил первосвященникам казнить его вместо Христа.
Вот так в советское время исподволь манипулировали сознанием. Внедряли в сознание людей — зная их религиозную генетическую сущность! — антирелигиозные символы.
Манипулируют сознанием людей и сейчас.

Разговаривал по телефону вчера, 13 июня, с Настюшкой. Кажется, она собирается переезжать в Нью-Йорк, где ей очень понравилось.
Если так, я тоже с ней поеду. Все-таки лучшее время в своей молодости я провел именно в Нью-Йорке. Это по-прежнему мой любимый город.
Настя приехала в Штаты в 22 года, а я в 28 лет.
Да, я в Штаты начал ездить 17 лет назад.

Опять почему-то вспомнил, как в 15 лет ездил с отцом на рыбалку на Ахтубу.
Рыбалка там такая. Закидываешь удочку — сразу вытаскиваешь. На крючке — рыба. Вобла, судак, сомик, окунь…
А еще я там водил катер.

Меня можно обвинить в чем угодно, но только не в равнодушии.
Я всегда со всеми вступал в отношения. С кем-то дружил, с кем-то воевал, потом мирился, потом ссорился. Или наоборот — ссорился, потом мирился.
Про женщин и вовсе писать не буду.

Интересно, что будет в мире через сто лет? Какая будет поэзия? Кто останется из наших современников в памяти потомков?
Что будет через 1000 лет?
Или еще позже?
Апокалипсис случится, конечно.
Но будет что-то и после Апокалипсиса.

— Я чувствую себя хорошо. Но я умираю.
(Из фильма «Узник замка Иф».)

Мой друг Олег Асиновский прислал мне новые стихи.