Новости

































Обзор альманаха «Миражисты» («Вечная музыка»), 2022


Вечная музыка звучит гармонией: всеобъемлющей, тихой, печальной…
Вечная музыка подразумевает такие слои иноматериальности (инобытия), где вопрос является также и ответом, и страдание расплавлено в золоте любви…
«Вечная музыка» (это название сборника), представленная очередным альманахом Николая Ерёмина «Миражисты», звучит разноязыкими языками поэтического огня, взмывающего выше и выше: в беспредельность…
…Нежно поет Константин Кедров-Челищев; он поет любовь, которая бессмертна. Оборванная на земле, она перешла в вечность:

Та которая лучше всех
Принесла мне в мире успех
Без нее мир осиротел
Все что я хотел расхотел
И не будет уже утех
С той которая лучше всех
Налету прервался полет
Только голос ее поет
В горле умерли все слова
Но стихия стиха жива
Пой душа из последних сил
Я ее в себе воскресил

Поэт поет с такой таинственной энергией, что золотой шар зажигается над печальным стихотворением.
Скручивая туго гнездо иронии и метафизики, Кедров-Челищев демонстрирует и своеобразный вектор веры – острой, как алмазная грань:

Как однако все таки мысль убога
До чего научная мысль дошла
Обезьяна спрашивает у Бога:
«От кого я Боже произошла?»
Обезьяне Бог отвечает строго:
«От меня конечно, верней от Бога»
Умилилась мудрая обезьяна:
«Обезьян Творец создал без изьяна
Правда есть один у меня изъян
Человек умнее всех обезьян»

Интересно – золотыми изломами парадокса – вспыхивает мысль в произведениях Николая Ерёмина:

– Не говори о том, чего не знаешь,
Не понимаешь и не представляешь!

– Молчу… Но еле сдерживаю прыть:
Скажи,  тогда о чем нам  говорить?

Поэт живет беспредельностью; она манит предельно, наполняя собой стихи; и то, как выражает оное Ерёмин, заставляет иначе взглянуть на мир…
На пиаре сделанная «знаменитость» «Черного квадрата» прорезает стихотворение отрицанием небытия, моделью которого можно рассматривать сию картину:

Снова Черный квадрат пропиарен...
…………………………………….
Отчего  стал квадрат  популярен?
Оттого, что глядишься в него,
А в твоей голове – ничего...
Чернота, темнота, пустота...
В коих память, увы,  и мечта...
Где опять, точно вход прямо в Ад,
Появляется Черный квадрат,
Заслоняя собой Белый свет…
И ты думаешь: –  Да или Нет? –
И заглядываешь за край, –
Неужели  вход там? –  прямо в Рай…

…С серебрящихся ветвей верлибров Евгения Степанова осыпается острая, игольчатая мудрость:

Война это война.
Вместо клубники
сажаю картошку.

Меж кратких строк зияющие бездны словно заставляют почувствовать пульсации жизни, всегда продолжающейся, иначе…
Жизнь и смерть, представленные двумя строками, посвященными бесконечной утрате, точно предстают разными сторонами одной медали:

Ты – даже мертвая – роднее всех.

Живая.

И… феномен жизни упаковывается в несколько слов; больше не требуются, ибо упомянутые слова столь глобальны, что за каждым мерцают вечность и бесконечность:

Грехи. Страдания. Боль.
Стыд.
Бог.
Любовь.
А больше мне сказать нечего.

Так зажигает в тяжелой ночи факелы и огни поэзии новый альманах, составленный Николаем Ерёминым.

Александр БАЛТИН